Мои Телевизоры

Поговорим о школе

Шумер против Египта

Бороды, наколки, качки

Обратно в мавзолей



© Michael A. de Budyon «Падение России»

Год создания – 1997. Предисловие 2011 г. Предисловие 2003 г.

Я хорошо помню как первый раз со мной заговорили на чужом языке. Было мне примерно года три, не больше. Я играл у берега моря – строил из песка «дома» и рыл каналы, у меня было зелёное ведёрко и жёлтая лопатка. В общем, ковырялся в песке, никого не трогал, но вот ко мне подошёл мальчик, который судя по интонации что-то спросил. Мальчик был вполне традиционной внешности, во всяком случае ничего необычного я в нем не заметил, хотя к тому времени уже видел детей самых разных цветов и оттенков. И уж конечно я слышал разные иностранные языки — и по телевизору и непосредственно на улице, благо город портовый и иностранных студентов было немало. Как я это воспринимал? Да никак. Но тут на непонятном языке заговорили со мной, причём субъект такого же возраста как и я. И я впервые и отчётливо это осознал. Знаете какой была моя первая реакция? Мне захотелось его убить. Ну, может не убить, но сделать так, чтобы он заткнулся. Исходя из того, что мои знания о мире были ничтожны, а воспитание как таковое отсутствовало, тут на все сто процентов действовали инстинкты, генетическая память, первобытный голос. Конечно, эта желание быстро прошло, но когда пришёл отец этого мальчика чтобы его забрать, я смотрел на него, уходящего, с какой-то смесью агрессии и возмущения. Потом, по прошествии многих лет, я понял, что такая моя тогдашняя первая реакция была совершенно нормальной. Из этой короткой детской истории можно сделать далеко идущие выводы, особенно если руководствоваться мнением что самые важные события в жизни человека происходят в первые пять лет, но торопиться с выводами на самом деле не надо. Я не стал националистом, да и вряд ли принципиально смог бы им стать по-настоящему, даже если бы очень хотел, ибо для меня всегда были очень размытыми те составляющие, которыми определяется нация, точнее — почти все нации, которые я видел вокруг себя. С исторических позиций нацию можно проще всего рассматривать как «устоявшуюся стаю», как «старую стаю», где все хорошо друг друга знают и помнят, где все вместе прошли некие этапы, где все «повязаны прошлым». А с кибернетической — как «коллективный интерес», «коллективное действие». Если нет ни того, ни другого, значит — нет системности, нет нации.

Скачать фрагмент «Падения России»

Скачать полный текст «Падения России»

Tags: , , ,

Рецензии

Техника

Статьи

Оперы