Мои Телевизоры

Поговорим о школе

Шумер против Египта

Бороды, наколки, качки

Обратно в мавзолей



Немецкая армия Достоевского

Никогда не встречал среди зловещих имен нашей истории имени писателя Достоевского. Напротив, его почему-то принято «обожать» и это по-своему удивительно.  Скажу честно, я практически не знаком с его творчеством,  никак не мог заставить себя прочесть более двадцати страниц «Братьев Карамазовых» или «Преступления и Наказания», но смотрите, что мы имеем в качестве реальных фактов.

 Ницше, которого обожали нацисты, обожал Достоевского. Есть даже теория, согласно которой он окончательно сошел с ума и был навсегда перемещен в психбольницу, как только  прочитал «Идиота».  Гитлер обожал Ницше. Но в своем кабинете повесил не его портрет, а портрет Достоевского.  Отсюда, наверное, пошел слух, что Гитлер в 20-е годы тайно (в тюрьме) перешел в православие (его якобы сподвиг Розенберг, который тоже обожал!) Достоевского обожал и  доктор Геббельс. Читал буквально взахлеб!  Достоевского обожал венский студент Отто Вейнингер которого обожал Гитлер и книга которого формально и отнесенная в III Рейхе к разряду «еврейской порнографии», тем не менее, не запрещалась. Достоевского обожал гуру Гитлера Дитрих Эккарт которого Гитлер называет своим учителем и выделяет его имя в «Майн Кампф» большими буквами.  Ну и наконец,  Достоевского обожал Освальд Шпенглер о книге которого мы поговорим.  Вообще, это величайшая загадка: что такие разные люди находили в явно психически-ненормальных и даже патологических героях Достоевского? Геббельс и Гитлер были истероидами, Эккарт «сидел» в психбольнице,  возможно они чувствовали что-то родное, но увалень Отто? Или Шпенглер с Розенбергом. Хотя стоп – Отто застрелился. Но дело не только в обожании.  Вопрос – какие они делали выводы из прочитанного? А самые простые и прямые: русские – это те, что описаны у Достоевского!  Как говорил Розенберг «Достоевский — это увеличительное стекло русской души: через его личность можно понять всю Россию». Отто следуя подобной схеме пришел к заключению что все русские – поголовно антисемиты и являются  «самым неклассическим народом Европы», Шпенглер, что «Россия фундаментально враждебна античной культуре» (то есть враждебна Европе), а Гитлер, что «попавшая в лапы евреев Россия созрела для крушения».  Ницше, как мы говорили выше, выводов сделать не успел, скоропостижно сойдя с ума и внезапно умерев через 11 лет от остановки мозга. Большевики, напротив, Достоевского ненавидели.

1.

Считается, что делать прогнозы на будущее  — трудно, если конечно стремишься сделать реальный обоснованный прогноз, а не просто дать волю своей бурной фантазии.  Поэтому интересно взять, скажем, книгу 80-100 летней давности и посмотреть – что сбылось, а что нет. Скажу, что в области техники ни один футурологический прогноз не оправдался. 52814401То есть в чем-то мы значительно опередили даже самые сказочные ожидания, а в чем-то и близко не продвинулись. В 50-60 годы почти все писали что мы к началу XXI века освоим как минимум Луну и Марс и научимся лечить рак.  Но ни о том, ни о другом пока речи не идет. А вот в генной инженерии, информационных технологиях, электронике и химии мы рванули очень сильно.

Однако сегодня речь пойдет о прогнозах политических. Достоевский, кстати, их тоже делал и в чем-то даже попал, даже контуры грядущей революции обозначил верно. Значит, чувствовалось что «будет заварушка». Но сейчас Достоевский нас интересует не в контексте его политических прогнозов, а в том, какие выводы делались людьми начитавшимися его книжек и тоже, в свою очередь, решившими сделать собственный прогноз. Шпенглер как раз и был одним из таких. Но еще до написания своей совершенно перенасыщенной информацией книги «Закат  Европы», он, в  1920 году он выпустил небольшое эссе (?) «Пруссачество и Социализм»,  в котором на сотне страниц попытался дать ответ на вопросы: «как эти лживые морские разбойники англичане смогли поставить на колени немцев – нацию творцов и созидателей? Как? Почему у них так легко всё всегда получалось? Почему немцы, у которых было всё отлично продумано, сейчас валяются на мусорной куче? Причем поставить в момент, когда Германия находилась у дверей рая, когда всё шло настолько хорошо, насколько вообще можно вообразить».  Поискам ответа посвящено 9/10 объема книги, но ответы не кажутся убедительными, из каждой строчки прямо таки лезет оскорбленное немецкое самолюбие. У меня такое же ощущение было когда я читал книгу Бжезинского про «шахматную доску». Вроде и писал её сотрудник Госдепа США,  но читаешь и не видишь ничего кроме кухонных «базаров» недовольного польского интеллигента свихнувшегося на геополитике.  Недовольного тем, что от Бреста до Аляски почему-то простирается не гордая величественная и аристократическая панская Польша, а варварская азиатская Московия.  Вообще, у настоящего, сильного и уверенного в себе народа, все остальные народы, даже близкие ему, не должны вызывать никакой другой реакции кроме смеха, причем такого, каким смеются дети стоя в зоопарке перед клеткой с обезьянами. Это нормально. Что-то типа защитной реакции и агрессивного настоя одновременно. Поэтому самые смешные анекдоты – про разные национальности. У Шпенглера этого нет. И у Гитлера нет. Да и у Бисмарка нет. Ни у кого из немцев нет. Скорее – плохо скрываемый страх. Перед глобальной хитростью англичан, перед тупой, направляемой извне мощью русских, перед трусливыми гадами французами, ну и конечно перед евреями.

2.

Однако разбор извечного комплекса неполноценности немцев перед англичанами, а тем более поляков перед русскими или немцами, нас мало интересует. Гораздо интереснее концовка «пруссачества» и «социализма». Там «Ося» резко включает «русский вопрос». Почему-то немцы любят вспоминать о русских в самом конце. Вот Гитлер в своей «борьбе» тоже под занавес снизошел.  Включает просто так, без всяких переходов.  Почему без переходов? А потому что согласно его культурологическому концепту, русские, как таковые, вообще находятся «вне культуры» (в отличие даже от арабов или китайцев), как, впрочем, и все славяне, хотя с другой стороны, он, как и всякий умный немец, считает, что если о славянах и можно говорить, то только о русских, ибо про других говорить просто нечего.  Я с ними в целом согласен, хотя считаю что иногда можно поговорить немного о поляках и буквально один-два раза «о чехах до 1620 года».

3.

Итак, погнали!  Начало как бы многообещающее. Шпенглер берет достоевскую лупу и сразу дает исходную установку:

 

«Русские вообще не представляют собой народа, как немецкий или английский. В них заложены возможности многих народов будущего, как в германцах времен Каролингов».

 

Напомним, что книга написана в 1920 году, о стране в которой двумя годами ранее произошла коммунистическая  революция и которая в момент написания была раздираема гражданской войной и голодом. Показательно, что даже в этой обстановке Шпенглер считает что в общем, с Россией «ничего такого» не случилось. Большевизм, как следствие европеизации, пришел, но он уйдет вместе с европеизацией, уступив место тому, что было всегда.  Я прочитал его книгу уже после написания своих книг где затрагивались похожие вопросы, но при этом как и он никогда не выделял 1917 год в виде чего-то особенного. Скажу больше: я всегда считал, что, скажем, по сравнению с петровским временем,  период 1918-33 гг.  был так, мелким неудобством. А уж по последствиям так вообще в разы превосходил. Шпенглер, как и фактически любой исследователь на Западе считает что в 1917 если что и произошло, то только небольшое отклонение от курса, к которому неизбежно вернутся. Он, даже в работах написанных в 30-годы никогда не употребляет термина «Советский союз», упорно именуя его «Россией» и даже «Российской империей».

«Эта по-детски туманная и полная предчувствий Россия была замучена, разорена, изранена, отравлена «Европой», навязанными ей формами уже мужественно зрелой, чужой, властной культуры. <…>  К 1700 году Петр Великий навязывает народу по западному образцу политический стиль барокко с его дипломатией кабинетов, династической политикой, управлением и войском; к 1800 году переносятся сюда совершенно непонятные руcскому человеку английские идеи в формулировке французских писателей, чтобы отуманить головы тонкого слоя представителей высшего класса; к 1900 году книжные глупцы из русской интеллигенции вводят марксизм, этот в высшей степени сложный продукт западноевропейской диалектики, об основах которого они не имеют ни малейшего понятия».

Шпенглер, как и ранее Бисмарк, считает что воевать против России принципиально бессмысленно, введу огромных размеров ее территории. Эту мысль он развивает в книге «Годы решений» написанной в 1933 году, сразу после прихода к власти «национал-социалистических рабочих». И хотя начинает он ее с потока восторгов, постепенно всё сходит на нет и в итоге  доходит до того, что заключает: «заката» Европе не избежать, а добьют ее как вы думаете кто? Орды цветных!  Как он это «просчитал»? Ведь цветных тогда в Европе практически не было, а в большинстве европейских стран не было вообще.  Хотя именно такой вариант следует из его схемы рассуждений: если все европейские народы организованно идут к закату, то кто-то же должен их заменить? В общем, пока всё идет «по плану». Перед смертью он фактически выступил против национал-социализма.

Но, читаем дальше:

«Отсюда та плодотворная, глубокая, исконная русская ненависть к Западу, этому яду в собственном теле, которая с одинаковой силой сказывается как во внутренних страданиях Достоевского и в резких выпадах Толстого, так и в бессловесных переживаниях среднего человека; эта часто бессознательная, часто скрывающаяся за искренней любовью, ненасытная ненависть ко всем символам фаустовской воли, к городам — прежде всего к Петербургу — которые, как опорные пункты этой воли, внедрились в крестьянскую стихию этой бесконечной равнины, ненависть к наукам и искусствам, мышлению, чувствованию, государству, праву, управлению, к деньгам, промышленности, образованию, обществу, ко всему. Эта исконная ненависть апокалипсиса к античной культуре, нечто от мрачного ожесточения времени Маккавеев и того восстания, которое в гораздо более позднюю эпоху привело к разрушению Иерусалима, лежит, безусловно, в основе большевизма. Его доктринерские построения не смогли бы вызвать той силы движения, с которой оно продолжается до сих пор. Инстинкты коренной России наталкивают его на борьбу с Западом. Запад воплотился в «петровстве», и большевизм, как порождение этого «петровства», в конце концов будет уничтожен для завершения внутреннего освобождения от Европы».

 

И скажите мне, что произошло по-другому!  На петровские реформы народ ответил Пугачевским бунтом, а потом и двумя революциями. Шпенглер еще не пишет про допетровский раскол в православии, видимо просто не знает. А ведь тоже событие было и без следа оно не прошло! По итогам, немецкий правящий слой  при котором Россия приблизилась к топовым государствами мира, был полностью уничтожен, спастись удалось буквально единицам, вроде престарелой Марии Федоровны. Деньги большевики вообще поначалу отменили. Всю «культуру» выбросили на помойку, начав отсчет истории с 18 марта 1871 года, то есть со дня начала Парижской Коммунны. Художник Казимир Малевич, автор сенсационного и прорывного полотна  «Драка четырех негров ночью в темной пещере» (в народе известна под рабочим названием «Черный Квадрат») предлагал «сжечь в крематории остатки греков» – то есть отравить в печку все произведения искусства что были созданы до революции.  Поначалу вроде хотели, но потом Луначарский предложил продать всё за границу, а деньги пустить на мировую революцию. Так и сделали, украсив свои музеи копиями. Столицу перенесли из «европейского» Петербурга (для начала переименованного по-славянски в Петроград) в «исконно-русскую» Москву. Было восстановлено патриаршество. Петра назвали «большевиком на троне». Толстого – «зеркалом русской революции». Достоевского – запретили. Закончилось всё тем, что после победы над немцами Иосиф I начал давать по 10 лет концлагерей «за низкопоклонство перед западом» и «космополитизм», а на каждое изобретение западных инженеров нашелся русский изобретатель сделавший гораздо раньше.

Но… читаем дальше. Кстати, так, между делом, напомним, что первый перевод книги Шпенглера – на русский язык. В 1922 году с «Пруссачеством» уже могли ознакомиться жители «Совдепии».   Один из первых переводов «Майн Кампф» (по другим данным — первый) – тоже на русский. Эх, любят у нас немецких мыслителей! Правда, книга Адольфа Алоизовича была «для избранных». Ну так и времена «немного изменились! В общем, «реставрация» тоже была предсказана:

«В России его (большевизм — МАdeB) сменит единственно возможная при таких условиях народная форма в виде нового царизма какого-либо типа, и можно предполагать, что этот строй будет стоять ближе к прусско-социалистическим формам, чем к парламентарно-капиталистическим.

Пройдет еще двадцать лет и подавляющее большинство тех, кто делал революцию в 1917 году, будет просто перестреляно. Большевизм закончится. Параллельно царь Иосиф I начнет копировать антураж Российской Империи ( Шпенглер, напомню,  «ошибочно» называет ей даже сталинский СССР) и выльется  это всё  в государственный русский национализмом, с уже упоминаемой «борьбой с низкопоклонством» и идеей выселения всех евреев не на Ближний Восток в Израиль, а на Дальний Восток —  в малярийные болота Биробиджана, благо опыт подобных операций был накоплен немалый – в 1944-45 гг. целая куча народов быстро и организованно сменила прописку. Так за 50 лет трансформировалось партия которую в 1898 году создала группа евреев. Для каждой титульной нации в 1946-49 гг. напишут республиканский гимн с куплетом про верность русским. Исключение будет сделано только для грузин (что понятно) и для эстонцев (что непонятно). Не только  Николай II,  но и сам Александр III офанарели бы от подобных прожектов! Впрочем,  до евреев дело не дойдет, они уже тогда стояли слишком высоко чтобы позволить поводить над собой подобные «перемещения в пространстве». Иосиф I будет вовремя убит. И как вы сами понимаете, СССР 1945-53 гг. уж конечно был куда больше похож на «прусско-социалистические формы» чем современная Западная Германия. Точно так же, как коммунистическая ГДР была похожа на последние два Рейха, куда более нежели ФРГ, где стояли (и до сих пор стоят) англо-американские войска. В начале 70-х началась реабилитация Белого движения.

Произошла и смена города ненависти. Ненависть к Петербургу как потерявшему статус столицы («областной центр») сменился ненавистью к Москве, которую большевики окончательно превратили в европейский город.

 4.

 Дальше идет совсем интересно:

 «Однако будущее, скрытое в глубоких недрах России, заключается не в разрешении политических и социальных затруднений, но в подготовляющемся рождении новой религии, третьей из числа богатых возможностей в христианстве, подобно тому, как германско-западная культура начала к 1000 году бессознательно создавать вторую. Достоевский — один из идущих вперед глашатаев этой безымянной, но ныне уже с тихой, бесконечной нежной силой распространяющейся веры».

О какой-такой «новой религии» идет речь? Что имел в виду Шпенглер?  Ответить на этот вопрос  невозможно, но я с каждым годом всё чаще и чаще слышу от людей далеких от какой либо официальной церкви соображения о том, что религия как раз-таки нужна. Поскольку практически все от кого слышу — крещенные в православной церкви, я называю их «православными атеистами», а «новую религию» — православным атеизмом.  Так, кажется, назвал себя Верховный Батька Белорусского Народа  Александр Лукашенко.

Давайте будем помнить: религия – это не вера. Религия – инструмент контроля и управления.  Или вы думаете что православная безграмотная бабка на базаре и православный доктор физических наук понимают христианство одинаково? Или может они понимают его так же как доктор-астрофизик защитивший потом диссертацию по богословию? При этом все трое – да, православные. То есть они  в некой «среде», во всяком случае причисляют себя к ней.  В этом и есть сила религии. Сила —  как организации, как системы влияния на отдельного человека. Религия, в нормальном государстве, такой же незаменимый орган как министерство обороны или министерство железных дорог. И от качества его работы в норме много чего зависит.  Поэтому когда говорят что «нужна религия», имеют в виду как раз не коллективные молебны и проповеди в школах, не некий культ некоего очередного божества, а то, что объединит по некоему признаку и обозначит правильные цели. Достоевский безусловно был православным. Шпенглер вряд ли рассматривал православие как христианство, для западного человека оно всегда было чем-то совсем экзотическим, вроде культа вуду, во всяком случае, совершенно точно не христианством, в его понимании. Да и вообще, погружение немцев в православие часто заканчивалось для них  нехорошо. Почти как «погружение в Достоевского». Вот Александра Федоровна погрузилась и…  сошла с ума! Для нее образ «законченного достоевского православного человека»  персонифицировался в мутном немытом «старце» – Григории Ефимовиче (?) Новых (?) известным более под кличкой «Гришка Распутин». Гитлер, кстати, тоже обожал Распутина, наверное, опять Розенберг нашептал.

Я отлично понимаю что из себя представляет православная церковь как структура, но чисто с позиции энергетических затрат оно выглядит вполне пригодной для использования, во всяком случае, ничего сколь-либо равного нет и в ближайшее время не предвидится. Вас пугает что попы говорят что-то не то? Пусть не пугает, в норме попы говорят всегда только то, что надо властям.  Все эти труды богословов, каноническая литература – это так, для избранных.  Церковь это всегда понимала, поэтому массового распространения «умных книг» среди паствы не допускала. Библию на русский язык знаете когда перевели? При Александре III, то есть через 900 лет после принятия христианства. И это в стране, где православие было государственной религией. Главное – религия должна быть максимально простая. А используя православную догматику можно обосновать всё что угодно.

Насколько мы все «религиозны» показывает следующий эксперимент. Я очень многим таким вот «атеистам» и «ненавистникам церкви» задавал вопрос: «а если ваш отец (брат, сын, друг) вдруг примет ислам? Ну мало ли? Всё же может случиться.   Как изменится ваше отношение к «отступнику?». И знаете, сразу не ответил никто! Ни один.  Хотя казалось бы, ну что в этом вопросе «такого» для атеиста? А потом, после паузы которая была во всех случаях разной, я слышал ответы лежащие в диапазоне от «порву с ним всякие отношения» до «пусть сдохнет скотина!».  И это как-бы «формально-нерелигиозные люди»! Так что религиозный фактор работает.

А вот что говорит Шпенглер о религиозности Запада. Особенно хорошо про протестантов!

«Мы, люди Запада, в религиозном отношении конченные люди. В наших городских душах прежняя религиозность давно приняла интеллектуальную форму «проблем»… Англо-американские секты воплощают только потребность нервных деловых людей в душевном развлечении при помощи богословских вопросов. Ничего не может быть отвратительнее попытки известного направления в протестантизме оживить его труп, растирая его большевистской грязью».

 

Впрочем, я всё же не думаю что Шпенглер, несмотря на все свои «модели будушего» мог предвидеть массовые перестройки христианских храмов в мечети и создания «зон шариата» в европейских городах. И это без всяких войн с маврами и прочими сарацинами. Поражение без войны. Хотя в «Годах Решений» он писал, что у тех кто не хочет  воевать, всё заберут просто так.

 5.

 Зададимся вопросом: насколько далеким оказался «горизонт прогнозов» в отношении России? До какого года он «предсказал»?

 «…насколько незначителен большевизм — эта кровавая карикатура на западные проблемы… имеет значение лишь для поверхностного слоя России: выбор между прусской или английской идеей, социализмом и капитализмом, государством и парламентом».

 Теперь посмотрим что же получилось на деле. Большевизм, как мы уже говорили, стремительно сошел на нет в конце 30-х, а окончательно идеи «расширения базы мировой революции» похоронил Гитлер 22 июня 1941 года.  Российская Империя была государством германского типа, во всяком случае, из неё пытались таковое сделать. Николай II попробовал ввести незначительные элементы парламентаризма и закончил плохо вместе со своей Империей.  Англо-американцы сделали очень много для того, чтобы вбить народам мира мысль: «парламент  (то есть чисто английская «фишка») – это хорошо».  Но если перебрать составы четырех Госдум с 1906 по 1917 год, там очень сложно найти порядочного человека. И по факту: ну что полезного сделали те Думы? Как ни крути, они занимались чистым деструктивом и закончили большевиками. Я вот все больше и больше склоняюсь  к мысли что большевики были правы разогнав Учредительное собрание. Вы с составом этого «собрания» ознакомьтесь, вопросы отпадут.

В общем, в 1918 парламентаризм прикрыли, заменив его диктатурой. А позже   «германское государство» стал лепить Иосиф I. Лепил, конечно, как умел, не нужно многого требовать от сына грузинского сапожника, но начиная с года 1947-го  — всё более и более успешно. Но не долепил. А победив Германию, так вообще оказался один на один с англоамериканцами перед которыми история уже выстелила дорожку в сверхдержавы. Против СССР оказался весь Западный мир. Против СССР оказалось всё мировое еврейство, хотя до начала «борьбы с космополитами» (1948 г.) Иосиф I успел получить от еврейства последнюю в истории этой страны «печеньку» — атомную бомбу. Но дальше шансов не было. Дальше были одни против всех. А уже в 50-60 годы весь мир был поделен между СССР и США, но четко по правилу: Америке везде доставались лучшие куски, СССР – худшие. Америка могла «высасывать», СССР должен был вливать. И такое не могло продолжаться вечно.

Горбачев начал свое победное шествие в ноябре 1984 года с визита ни куда-нибудь, а в Англию. Собственно, тогда я первый раз осознанно услышал и запомнил эту фамилию. У нас визит освещали совершенно обыденно,  Бибиси же просто захлебывалось, выбрасывая всё новые и новые порции позитивной информации. Визит совершенно официально получил название «Enter A Bear Smiling»- «Явление медведя улыбающегося». Удивляться не приходится, Шпенглер тут дает совершенно четкое объяснение:

«Настоящий русский нам внутренне столь же чужд, как римлянин эпохи царей и китаец времен задолго до Конфуция, если бы они внезапно появились среди нас».

И это пишет немец, пруссак, правый, расист. Понятно, что англичанам он «еще более чужд», для американцев (которым и Европа чужда) он вообще видится чем-то типа монгола (если судить по их карикатурам и фильмам). Что сделал Горбачев? Говорят что он «всё развалил». Нет, ничего он не валял, как ничего не валял Николай II.  Он просто чуть-чуть открутил гаечки. И дальше всё пошло автоматически. Ну а для придания всему происходящему «законности» ввел «английскую парламентскую систему». Всё тут же  «само развалилось».  Развалилось по закону, через решения принятые парламентами избранными народом. То есть в начале 1989-го «первый демократический съезд», в конце 1991-го страны уже не существовало. «Германский социализм» хорош, вот только существовать он может в государстве определенного типа. «Английская парламентская система» долго существовать не могла и октябре 1993 года «первый демократически избранный парламент России» был просто расстрелян из пушек прямо в центре Москвы. И ничего!  С тех пор парламент – всего лишь место для подмахивания законов исходящих от т.н. «администрации президента» (читай – колониальной администрации). И это наиболее оптимальный вариант и любой, даже самый лучший президент (диктатор, царь, вождь) всегда будет стремиться держать парламент именно в этом качестве. Иначе он сам долго не усидит, а чем заканчивался «реальный парламентаризм» мы уже сказали и примеры привели.  Пример Украины, где парламент имеет власть сопоставимую с президентской, может быть принят только если иметь в виду что слабее Украины только одна страна в Европе – Россия. И не надо в меня кидаться количеством солдат и вооружений. Это, как показывает опыт Советского Союза, вообще ничего не решает. Вообще ничего. Имея «даже такую» армию можно вполне себе развалиться без единого выстрела, в этом плане украинское правительство делает единственно умную (хотя скорее вынужденно-умную) вещь – сокращает численность т.н. «вооруженных сил» до нуля.

6.

Однако кое в чем Шпенглера «преодолели», причем преодолели совсем недавно, буквально в последние лет 15-20.

«Русский переносит в душе своей деревню в русские города… Русский рабочий, несмотря на все промышленные лозунги вроде прибавочной стоимости и экспроприации, не является рабочим большого города; это не человек массы, как рабочий в Манчестере, Эссене и Питтсбурге, а бежавший от земли пахарь и косарь, исполненный ненавистью к чужой далекой силе, оторвавшей его от прирожденного призвания, от связи с которым его душа все же не может освободиться».

 

Сейчас в определенных кругах имеет хождение теория в которой модели поведения понаехавших в города кавказцев и азиатов приравниваются к поведению деревенских жителей которые обвально валили в города несколькими волнами начиная с 30-х годов. Я с ней не согласен только в том смысле что да, часть моделей действительно похожа, другое дело, что деревенские потенциально адаптивны, хотя и не все. Цветные – нет.  Хочу напомнить, что формально городское население в СССР превысило сельское только в середине 60-х годов. Формально. Фактически же городами можно было назвать не так много мест, большинство так и оставалось деревнями, пусть и имея статус города. Да и деревенский переезжая в город не становится городским. Последняя крупная волна ввалилась в города в начале 70-х, когда всем жителям деревни выдали паспорта. Она обеспечила последний демографический взрыв (точнее – небольшой взрывчик) 1965-1980 гг. Само по себе это было исключительно опасной вещью: в 1917-м подобные ребята стали ударными отрядами революционных партий (и сгинули в революцию и гражданскую войну). А при Леониде I именно эти бейби-бумеры наполнили собой городские молодежные банды 80-х. Именно он наполнили бригады 90-х. Именно они дали костяк легионов шприцевых наркоманов. Именно они дали бесконечную армию городской гопоты в которой не было ничего кроме ненависти.  Ненависти зверя, которого вдруг переместили в несвойственную среду обитания. Известно, что самыми опасными районами в любом городе были районы населенные подобным контингентом. Но и были еще и целые города и жить там было весьма и весьма опасно, практически половина мужского населения там прошло через «романтические места».   Деревенские (и те, кто родился в городе от недавно понаехваших) совершенно отличались по моделям поведения от городских, но при этом в своих деревнях они вели себя совсем по-другому. Сейчас я наблюдаю их подрастающих внуков и  их можно назвать первым, по-настоящему городским поколением. Внуков тех, кто выжил, ибо поколение последнего советского бейби-бума выбито как будто поучаствовало в полноценной мировой войне. Безвозвратные потери исчисляются миллионами. То есть в культурном плане народ стал городским только после 1995-2000 года. Село как таковое перестало существовать. При этом общество продолжает оставаться в рамках традиционных (и родственных им уголовно-зоновских) понятий, и как 300, 200 или 100 лет назад олицетворяет собой враждебное отношение ко всем «прогрессивным европейским трендам» – к ювенальной юстиции, толерантности к цветным, полному уравнению в правах гомосексуалистов, гей-парадам, людям-трансвеститам и трансгендерам, совместному обучению «нормальных» и психически-больных детей,  специальным квотам для женщин в органах власти, ну в общем вы поняли. Вот об этом-то и говорил Шпенглер.

7.

Можно сказать что наш немец более-менее точно довел свой прогноз примерно до конца 80-х годов, когда СССР (Россия) начав играть в политике  в «англоамериканские штучки» фактически мгновенно развалился.  В сфере культуркампфа всё было проиграно уже к середине 60-х годов, причем Англия и Америка работали тут двумя фронтами.  Вот почему никто не замечает, что с середины 70-х годов пошел длиннющий поток фильмов «об английской жизни». От «интеллектуального» Шерлок Холмса и до «смешной» «вашей Тёти».  Даже для детей много чего снимали – и девять серий про «капитана  Гранта» и три про «Остров Сокровищ», всего и не упомнишь. Не забыты были и самые маленькие – для них делали мультики. Но где то с 1987 года вся «Англия» внезапно закончилась. Навсегда. Можно говорить что советские лидеры, особенно поздние, были «дураками» и «маразматиками».  Но поставьте себя на их место и в те условия? Что бы вы реально смогли противопоставить Западу чтобы держать хотя бы паритет по основным показателям? У вас есть план? Вы знаете как наладить выпуск хайтека? Как снимать фильмы лучше чем у них? Как писать музыку лучше чем у них?  Как делать дизайн лучше чем у них? Сомневаюсь. То есть вы тоже дурак? А отсылки ко временам «до 1917 года» я сразу отметаю, так как Запад не сделал вообще ничего чтобы спасти «ту» Россию, которой управляли не безграмотные «ставропольские трактористы», но родственники немецких и английских королевских семей. Шпенглер поэтому и пишет что: «как бы глубоко ни было душевное и, следовательно, религиозное, политическое и хозяйственное противоречие между англичанами, немцами, американцами и французами, но перед русским началом они немедленно смыкаются в один замкнутый мир». Так и есть. С точки зрения палеогенетики это может быть выражено как Великое Противостояние гаплогрупп R1b и R1a. Немец Гуннар Хайнсон в своей книге «Сыновья и мировая мощь» фактически вынес смертный приговор для R1b, как доминирующей в Западной Европе. На это в общем можно было бы не обращать внимание, вот только последние тысячу лет весь прогресс обеспечивали R1b-страны. По сути, мировая гегемония переходила от одной такой страны к другой.  R1a – так и остались группой «заложенных возможностей многих народов будущего», вот только возможности далеко не всегда  реализуются. Все европейские R1a страны «умирали» внезапно, казалось бы тогда, когда им ничего не угрожало. И у меня есть сомнения что какой-то R1a народ сможет в случае сможет перехватить мировую гегемонию, тем более что на линии противостояния будут такие древние и опытные монстры как E и J которым также «сливали» всегда. Но это уже совсем другая тема.

Скачать книгу «Пруссачество и Социализм» можно в нашей библиотеке

Сентябрь 2013

M.A. de Budyon

de.budyon@gmail.com
www.budyon.org

Tags: , , , , ,

Рецензии

Техника

Статьи

Оперы