Мои Телевизоры

Поговорим о школе

Шумер против Египта

Бороды, наколки, качки

Обратно в мавзолей



Про людей которые на меня повлияли

infНасколько предопределено то или иное событие? И действительно ли всё возникает в силу необходимости? Конечно легко сказать что  вот, родился бы я в семье американского банкира с Уолл-стрит, окончил бы всё что положено  окончить, получил бы тот набор знаний который требуется получить чтобы принять со временем управление финансовым потоком. Был бы вхож в круги. Знал бы где завтра начнется война, где народ поднимется на демократическую революцию и свержение тирании, какой будет цена нефти через год и сколько осталось сидеть тому или иному правителю. И кто будет после него. Понятно, что я не знал бы что такое жить на районе где каждый третий сидел, а каждый второй бухает. И еще бы много чего не знал. Но были бы мне нужны такие знания?  Но  вдруг подсел бы в лет семнадцать на какую-то крутую синтетическую и безумно дорогую наркоту? Или разбился бы гоняя на «Астон Мартине». Или еще что. При этом я до сих пор считаю, что мое развитие был совершенно неоптимальным и совершенно несистемным.  Вот встретился бы мне в лет 10 человек, который в популярной форме  рассказал бы не про абстрактную бурду которой учат, извините, в школе, а о реальной системе вещей и отношений в обществе, я бы в куче моментов поступил бы иначе! Про что бы рассказал?  Про психологию быдла, про психологию коллектива, про особенности женской психологии, про национальный вопрос, про оперативное вычисление преступных дегенератов,  про то, что надо учить в первую очередь, что во вторую, что в третью, а что вообще можно не учить. Про антропологию и френологию. Про систему Ломброзо, про особенности пубертатной психологии, про основу теории систем, про базовые понятия физики, про законы сохранения, энтропию, принцип Ле Шателье.  Я быстро всё наматывал и при способности объяснять, весь курс обучения занял бы пару часов. В крайнем случае, записал бы на магнитофон. Но такого человека не было. Впрочем, думаю, его не было не только у меня, но и у 99% тех, кого можно было отнести к белым, пусть даже и с натяжкой. Поэтому приходилось учиться на своих и чужих ошибках, что, совершенно неэффективно, особенно если учесть что я 6 из 7 дней в неделю ходил в т.н. «школу», где, как это по недоумению считается, в нас вваливали какие-то необычайно полезные знания которые тут же забывались по причине полной бесполезности.  Да и вообще,  получение реальных знаний, вплоть до поступления в ВУЗ носило совершенно случайный характер и не факт что было предопределено. Но другие люди мне всё-таки попадались.

Я довольно поздно начал играть в футбол и вообще интересоваться этим видом спорта. Вот в детском саду не играл, хотя у нас пацаны в него гоняли постоянно. И в первых классах не играл. И во дворе не играл. Но где-то в классе четвертом в наш двор переехал один парень, назовем его «Вася». Такой, деревенский, ходил с рогаткой и отстреливал головы голубям болтами М6. Он-то в него играл, но притом, что детей у нас было много (бейби-бум 70-х),  летом, по причине отъезда в лагеря-деревни-дачи, собрать команду часто бывало не просто. Однажды  он подошел ко мне и спросил, буду ли я играть? Собственно, другие никогда не предлагали именно потому что знали: я в это не играю. А он не знал. Я ответил, что вообще никогда в футбол не играл, правил не знаю и что делать с мячом тоже не знаю. «Вася» засмеялся, сказал что это всё полная фигня и очень просто. После чего кратко объяснил мне правила и я сыграл первый раз в жизни в команде то ли 4 на 4 то ли 5 на 5. У нас, к слову, возле двора была неплохая площадка с воротами.  Хоть у меня почти ничего не получалось, гонять мяч мне внезапно очень понравилось, я  пробегал в футбол до конца лета.  Выяснилось, что  я играю в основном левой ногой, хотя и правша.  Ну а уже осенью начал смотреть по телеку настоящий футбол – еврокубки, матчи сборной. Начал кое-что понимать и тут же оброс новым пластом знакомых рассказавших  мне какие команды приличные, а какие нет,  давших предварительный расклад по игрокам, объяснивших систему розыгрыша чемпионата СССР.  Потом начал ходить на матчи местной команды, название которой я по определенным причинам  даже не хочу называть. А уже со следующего лета, с Чемпионата Мира в Испании, я навсегда определился и со своей любимой командой – сборной Италии и «Ювентусом», а так же  со своим любимым стилем игры.  Футбол надолго занял важное место в моей жизни. А «Вася»?  «Вася» поди уже на следующий день забыл что именно благодаря ему я вообще играю в этот самый футбол, сам он никогда его не смотрел, на матчи не ходил и мог назвать 10-15 игроков, не более. Девяностые перекантовался, но только потому, что находился в романтических местах. Сейчас, насколько я знаю, топчет их в  N+1 раз.

С Лёликом мы оказались вместе в одном украинском «поселке городского типа»,  по сути —  селе, с коровами идущими по улицам, гусями в грязи и злыми куркулями за железными заборами. Но это так, фон. Лёлик как раз вернулся из армии, точнее – выполнив братский интернациональный долг в Демократической Республике Афганистан в составе Ограниченного Контингента в 120 000 человек. Получилось что я, десятилетний школьник, остался, по сути, единственными ушами которые могли его подолгу слушать и вообще слушать, плюс он получил возможность повыебываться перед малолеткой! Я тогда еще не понимал что выёбываться – единственное, что Лёлику интересно. Под этим словом я, в первую очередь подразумеваю поиск неких заведомо слабых субъектов с целью избиений, желательно в присутствии очередной шалавы, ибо Лёлик, как и положено эталонному быдлану и имитатору ранга корчил из себя крутого самца с одновременным выражением крайней степени презрения к женщинам. Но  это, повторюсь, я понял позже. А издавались бы умные книжки – понял бы уже тогда. Но они были запрещены. Я еще раз констатирую,  все книги по самым важным и интересным темам (как и сами эти темы) были в СССР запрещены. И как знать, может именно здесь лежит истинная причина его развала? А ЦРУ, «план Даллеса» и кремлевская верхушка просто работали по модели Ницше «падающего подтолкни». Пока же Лёлик рвал шаблоны. Он ярко и красочно живописал нравы которые уже тогда прочно господствовали в непобедимой и легендарной Советской Армии. Всё то, о чем в конце 80-х, после «дела Сакалаускаса» начнут писать в тысячах газет и рассказывать в десятках телепередач.  Нет, я уже  тогда был скептиком, нигилистом и циником (не потому что плохой, просто так было легче жить), никому не верил, хотя запоминал всё, но при этом задавал себе вопрос: не просто же так он это придумывает? И, в общем, его рассказы были очень даже логически связаны, в них не было каких-то явных нестыковок и противоречий. Я  не скажу что  Лёлику полностью поверил, но отнесся к его рассказам очень серьезно. Я  понимал что такое, в общем, возможно. Все эти «прописки», «переводы», издевательства над «духами», «опускания», пьянки, самоволки, драки, массовые избиения, воровство. Ведь всё это есть в реальной жизни.  Через год уже в наш двор вернется несколько демобилизованных «бойцов»  которые повторят один в один то же самое что рассказывал Лёлик,  но без афганских нюансов. Только тогда я окончательно понял что ни он, ни эти ребята не врут. Но армейская лирика Лёлика – это так, только часть обширного потока информации вылитого на меня. Лёлик вырос в одном проловском городе Казахстана, а армейскую учебку тянул в Киргизии, где-то в горах (примерно такая же показана в фильме «9-я рота»). Он мне говорил где, но я забыл.  Так вот, Лёлик сообщил кучу нюансов в области «национальных вопросов». Например, в учебке их не отпускали в увольнение и даже офицеры и прапоры ходили вне пределов части группами. Почему? Потому что риск драки или поножовщины  с местными был очень высок. То есть Советская Армия, будучи формально на своей территории, по сути, занимала круговую оборону. Реально стояла на вражеской земле. А  в довесок рассказал про казахские районы в городах, куда русским лучше не соваться, особенно в темное время. Я до этого  слышал только про черные кварталы в Штатах куда белым тоже соваться противопоказано, а теперь узнал что и «у нас»   есть такие же. Есть свои негры и свои белые. Правда, тогда я еще не понимал, что отличие СССР от Штатов состоит в том, что там рулят белые, а тут – негры. Недавно я пришел к выводу, что значительная часть правящего слоя СССР была хуже негров. Ментально и генетически хуже. Да и сама жизнь в СССР была заточена исключительно под негров. Осенью того же года у нас в классе оказался один парень, по виду  — чистый азер, но имя-фамилия — русские.  До этого жил в Сумгаите, а потому рассказал массу интересного об армяно-азербайджанских отношениях. Ему я уже поверил полностью, ибо мое мышление было готово воспринимать такие вещи. Пройдет 6 лет и в Сумгаите произойдет массовая резня армян, о которой чуть позже мне расскажет другой человек (русский),  видевший её лично семилетним пацаном.

Параллельно Лёлик ввел меня в курс понятий характерных для пафосного быдла и, что самое интересное, всё это быдлячество – от обрисованных им же армейских порядков до забавных нравов проловских гетто, казались ему совершенно нормальным, я бы даже сказал оптимальным раскладом. А я ведь понимал, что он тоже  не сразу стал крутым «дедом», но был и «духом», и «черепом» со всеми вытекающими. Но об этом ему не говорил, я уже тогда знал:  быдло очень чувствительно и ранимо.

Потом я встречал Лёлика еще много раз и всегда он был либо с синяками, либо поцарапанный, либо помятый. Дурная кровь – это я тоже понял позже, узнав ряд «генетических нюансов». А ведь мог бы знать уже тогда. Но тема была табуирована полностью. Девяностые, разумеется, не пережил, причем достоверные обстоятельства смерти остались неизвестными, скорее всего был убит в драке.

Электроникой я тоже стал заниматься случайно. У меня была своя компания в которой я прогуливал уроки. Вот как раз именно «футбольная». Зимой сидели на хатах где нет родителей, в мае или сентябре могли на море пойти, а когда тепло (это может быть и январь) – просто гуляли по городу, любили ходить в места где никогда еще не бывали. Такие вот, маленькие путешествия. Но однажды довелось прогуливать в компании двух одноклассников  с которыми до этого я практически не общался. Я слышал что они шарят в  радиотехнике и даже делают какие-то устройства, но как там и что – ничего не понимал.  Мы шли с ними  на одно бывшее кладбище превращенное в парк и они как раз обсуждали некую схему с обилием незнакомых мне терминов. Не, я техникой интересовался, но электронные устройства были совершенно белым пятном.  Так они мне наперебой начали объяснять что ничего сложного  там нет, детали можно вытащить из различных старых устройств которые валяются практически везде, что они сами кучу всего сделали: цветомузыки, приемники, усилители и еще много чего. Там же в «парке» один из них прямо в моей тетради по ботанике нарисовал основные обозначения радиодеталей – резисторы, конденсаторы, диоды, транзисторы, индуктивности. И объяснили (как могли) что каждая из них делает, типа «диод проводит ток в одну сторону», «один герц – это одно изменение полярности в секунду». В общем, для 11-12 леток это было вполне себе круто. Я тут же задал вопрос: «а почему диод проводит только в одну сторону»,  на что получил вполне удовлетворительный ответ: «это сложное физическое явление». Честно вам признаюсь, что прослушав курс квантовой физики, толком понять работу p-n перехода я так и не смог! Действительно сложное явление! Мне сразу и всё жутко понравилось, тем более у меня в подвале лежала парочка старых телеков и приемников. В качестве первого устройства мне было предложено сделать детекторный приемник с одним диодом Д9 (нужен был германиевый диод,  высокоомный наушник и кусок провода). Вечером я всё сделал, устройство заработало, потом сделал усовершенствованный вариант с катушкой и гигантским конденсатором переменной емкости который как раз и вытащил со старого приемника. Таким образом, можно было настраиваться на несколько радиостанций. Через пару дней купил себе паяльник, кусок олова, канифоль и еще мне дали пачку старых журналов «Радио». Вот уже сколько лет прошло, а радиоприемники до сих пор предмет моего восхищения и прямо таки фетишистского интереса. Жаль только что нормальное радиовещание умерло, осталось только местное FM. А так, в школе, кроме приемников почти ничего и не делал. Показательно, что оба этих человека, по сути принудительно втолкнувшие меня в мир электроники, вскоре отошли от нее и не имеют к ней никакого отношения. Я же через два года (7-8 класс)  мог произвести несложный ремонт ламповых телеков, а концу школы – практически любой ремонт любого советского телека или радиоприемника. Исключения составляли поломки связанные с необходимостью регулировки высокочастотного тракта, но они из всего объема насчитывали ничтожный процент. Не то что я не понимал как они работают, просто нужны были специальные приборы – ВЧ-генератор и нормальный осциллограф, а такие штуковины появятся у меня только в вузе.

Вот как раз о вузе и нужно было думать! Я даже мысли не допускал чтобы после школы «пойти работать». Нафига тогда 10 лет учиться было? Работать можно умея кое-как читать и владея основами арифметики, а я был уверен что моя научная подготовка – огого! Эта уверенность была развеяна уже в первые дни пребывания в институте, где я сразу понял что в школе всему учат не так и вообще время проведенное там было потрачено впустую! Жаль! Надо было прогуливать гораздо больше!  Здоровее был бы. До сих пор советую всем малолеткам: забейте на эту школу! Забейте! Детство дается один раз и прожить его нужно весело и интересно! В школе вас ничему не научат. Однако это будет позже. Конечно, хотелось штурмануть московский вуз,  тем более что в Москву ехал поступать один школьный дружбан,  у него были кое-какие подвязки. Но риск был очень серьезный. Не поступил бы, год  — коту под хвост и чем заниматься? Идти на завод точить болванки? И поступать потом было бы тяжелее, если весь год усиленно не заниматься. Это  сейчас хорошо: сдал ЕГЭ и, если хватит баллов, то вперед. А не хватит, можно и в вуз похуже.  А тогда – только одна попытка в один в ВУЗ. Не прошел – вали на кислород до следующего года.  Я даже к концу школы еще однозначно не сделал выбор в пользу электроники. Мне нравилась архитектура, строительство, а один моряк предлагал поступать в высшую мореходку — мега-пафосное и дико престижное заведение. Плавать за границу и получать в долларах, вы понимаете что это значило для советского человека? И форма очень красивая! Но что касается строительства, то я совершенно не умею рисовать, а этот навык там очень важный.  Тогда всяких программ по моделированию не было! Всё от руки. А вышка? Вот фиг знает… Открутить бы время назад, может как раз туда и бы пошел, тем более что большинство моих знакомых плавает.

Однако в десятом классе я начал посещать некий «кибернетический кружок» при одной неслабой по тем временам лаборатории. Например, уже в 1987 году мне довелось «пострелять» там из мощного лазера – спокойно бил по домам находящимся в 2-3 километрах. Сейчас таким никого не удивишь, но 30 лет назад это было нечто! Ну и получил доступ фактически ко всем приборам, включая и такие специфические как стробоскопические осциллографы, анализаторы спектра и т.д. Всё опять-таки было необычайно интересно. И вот, когда я уже подготовил пакет документов для сдачи на факультет теоретической радиотехники, я по пути в приемную комиссию заглянул по какому-то вопросу к аспиранту что работал в той лаборатории и иногда рассказывал нам разные интересные вещи из области «кибернетики». Он тут же подверг резкой критике мое решение, сказав что там меня затрахают теорией которая мне и нафиг не нужна и посоветовал немедленно подать документы на его факультет «промышленной электроники», объяснив что материал там сугубо практический, преподы в основном нормальные, завкафедрой хоть и поц, но к нам, студентам, никакого отношения иметь не будет, что тут лучшие лаборатории с компьютерами, что этот факультет самый крутой, что ректор «тоже наш человек» и вообще тут я буду кататься как сыр в масле, что всё будет заебись, что, насколько он понял, я легко сдам экзамены даже при конкурсе в 3 рыла на место, что учиться тут куда легче чем в унылой школе, в общем, обрисовал радужные перспективы. После чего я пошел и подал документы куда он говорил. Сдал все экзамены как надо и даже лучше, а через месяц зашел к нему опять, сказать что поступил. На что он удивленно вопросил: «а ты что, к нам поступал? Ну заебись!» И напоил меня каким-то кофеобразным напитком.   От него же, кстати, я узнал про ряды Фурье – очень важной вещи которая тут же помогла многое понять. Понять то,  что любой повторяющийся процесс в природе – это сумма других повторяющихся процессов.  И еще – про лапласовские преобразования, что очень сильно помогло в решении ряда задач. Уже через год все это подробно изучил в курсе матанализа. Могу сказать, что он не обманул ни в чем. Все как говорил оказалось правдой, ну может кроме первого семестра первого курса. А так, в натуре, как сыр в масле!  Вот только пока я учился несколько изменились геополитические и экономические реалии и… в общем, надо было становиться строителем или моряком!

Кого еще можно отметить? Пожалуй, одного анонима написавшего мне письмо в году 2003-м с исключительно важными комментариями по поводу книги «Языческая Свобода». Обозначенные им моменты тут же заставили меня задуматься о написании новой книги про работу систем, точнее по приложению законов физики и теории систем к человеческому обществу. Показательно, что я написал ему в ответ, но дальше переписка не пошла.  Еще вспоминается какой-то текст в Живом Журнале где я не то что бы узнал про гаплогруппы (я уже читал про них и раньше), но  увидел забавный спор на эту тему. Я давно интересуюсь передачей наследственной информации и интуитивно понимал, что открытие гаплогрупп – очень важное и перевернет мировоззрение, причем не только мое. Но только прочтя этот текст, я засел за тему серьезно результатом которого стало полное понимание деструктивной роли реликтовой палеопсихологии и негативного влияния реликтов на современные процессы.

06.09.2016

Tags: , , , , , , , , , , , , , , , , ,

Рецензии

Техника

Статьи

Оперы